Пока мы не увидели его.
   - Увидим и уйдем. Думаешь, оно, чем бы оно ни было, догонит вертолет?
   В первый раз за все время разговора Зверь посмотрел на командира. И,
  кажется, улыбнулся:
   - Разве в этом дело?
   Все-то он понимал, скотина. Лучше, чем сам Гот понимал. Но откуда? Откуда
  ему знать, как чувствует себя лишенная крыльев птица?
   Сержант подошел к орудийной установке, прильнул глазами к прицелу.
  Щелкнул пальцами, подзывая Дитриха. Тот выругался по-немецки, но подошел.
   - Смотри, - сказал Зверь, уступая место.
   Гот посмотрел. И увидел.
   Далеко в небе, высоко над морем, кажущееся на таком расстоянии
  неподвижным, висело веретено. Или очень длинная сигара. Длинная? Гот
  посчитал - в "сигаре" получалось не меньше полусотни метров. Может, прав был
  Зверь и стоило улететь. Пока еще можно было Пока еще...
   Уже нельзя. Глупая какая смерть. Но лучше уж так, чем оставаться на
  земле, задыхаясь от недостижимости неба.
   - Уходите на плато, сержант, - приказал Гот, направляясь к своему
  вертолету.
   - Леденящее "Вы", - насмешливо прокомментировал Зверь, и ухмыльнулся:
   - нет. Не впечатляет.
   - Пойдешь ведомым. - Дитрих уселся в кресло, надел шлем, захлопнул
  бронированную дверь.
   Он видел, как Зверь молча кивнул и забрался в "Мурену". Два сумасшедших.
  Один-то ладно, пилот, какой с него спрос? Но второй! Зачем ему это?!
   Вертолеты сорвались с башни.
  
   Ты