ы не гляди, не гляди назад,
   Покидая сей хмурый край.
   Утро встает, ты его солдат,
   Твое дело - "Drum links, zwei, drei".
   Пусть только пыль и тлен впереди
   Да пустые шкуры гадюк,
   Но там рожденные, чтоб ползти,
   Косяками летят на юг.
  
   Две пули, идущие в цель. Стремительные, злые, неотвратимые. Две хищные
  твари. Воздух расступался испуганно давал дорогу и, со вздохом, смыкался
  позади Вертолеты неслись сквозь покорное небо.
   А тварь впереди это небо проламывала. И солнечные лучи отражались от ее
  мокрых, блестящих боков.
   "Почему она до сих пор не высохла?" - успел подумать Гот.
   Времени на ответ у него не осталось.
  
  ***
  
   Гладкие бока "веретенки" сморщились, пошли складками, и словно выплюнула
  она в чистое небо десятки маленьких бесшумных игл. Дитрих, не задумываясь,
  открыл огонь. Широкий луч накрыл сразу несколько "иголок". Полыхнуло в
  воздухе. И грохнуло так, что вертолет вздрогнул.
   В шлемофоне раздалось яростное:
   - Мать!
   Зверь не задумывался о разнообразии лексикона.
   А стрелять нужно издалека. И прицельно.
   "Веретенка" снова съежилась...
   Две иглы ударили в борт "Мурены". Взорвались. Но в последние мгновения
  вертолет скользнул в сторону. Как успел? На месте игл вспух огненный шарик,
  поплыл, качаясь, без цели, без смысла.
   Стрелять издалека. На мелочь не отвлекаться. Нужно добраться до матки.
   - Если их не убивать, они взрываются направленно, - весело