увствует жертва в каждое
  текущее мгновение. Он был единственным в своем роде механизмом, способным
  имитировать чувства и эмоции, и делал это, не задумываясь, просто выбирал
  оптимальный путь к достижению цели. Здесь и сейчас целью была отнюдь не Ула.
  Целью было хотя бы на время вернуть ее в рабочее состояние. Причем тем
  способом, который ей самой казался предпочтительнее.
   И лишь сливаясь с ней, вздрагивающей, нетерпеливой, доверчивой, он
  вспомнил вдруг, что не только женщина способна наслаждаться любовью.
  
  ***
  
   - Ты красивый, - сонно прошептала Ула, кончиками пальцев касаясь Зверя,
  очерчивая сухие мускулы. Осторожно. Чуть щекотно. - Ты так странно
  улыбаешься... Мне всегда было интересно, как это - с тобой. Еще на
  "Покровителе".
   Вот так так! Как же он проглядел? Да понятно как. В роль вжился, ситуация
  того требовала. Эх, Тихий, Тихий... Лопух великовозрастный!
   - Почему ты не спрашиваешь: "ну и как"?
   - А надо?
   - Конечно. - Она потерлась носом о его плечо. - Извечная мужская
  неуверенность.
   Зверь чуть повернул голову, встретился с Улой взглядом, опустил ресницы,
  гася темное пламя в зрачках:
   - Ну и как?
   - Хорошо. - Она вздохнула. - Спасибо тебе.
   - Тебе спасибо, маленькая. - Нужные слова и нужные интонации он выбирал
  инстинктивно. Благо набор был еелик. Целый архив, аккуратно пронумерованный/
  разложенный по отдельным полкам.
   Противно было.