я помчался в тот городишко сразу, как только
  прослышал о случившемся. И я едва успел спасти своего мальчика. Помню, когда
  я наконец сумел разговорить его... разговорить это, пожалуй, перебор. Когда
  я наконец смог заставить его сказать хоть что-нибудь... Вы можете себе
  представить это зрелище? Вряд ли, конечно. Худенький парнишка с копной
  серебряных волос. Глаза - огромные, совершенно какие-то дикие, взгляд в
  никуда... он постепенно в себя приходит, словно оттаивает, медленно так. И
  вдруг смотрит на меня - вот когда я понял, что значит "заглянуть в душу".
  Знаете, что он сказал? Мальчик, разрезавший на куски свою любимую. Он
  сказал:
   - Я не знал что в человеке столько грязи...
  
  ***
  
   Первых двух бластофитов они нашли и убили почти сразу, с промежутком от
  силы в пару часов. Гот не ошибся, когда предположил, что эти водно-воздушные
  твари-хищники и что кормятся они на Панголине. Архипелаг назвали так именно
  из-за обилия этих самых панголинов, представленных там в бесконечном
  разнообразии. Среди прочих видов встречались и летающие, так что
  "веретенкам" было где развернуться.
   Цепочка островов даже формой напоминала ящерицу, правда, всего с одной
  лапой. Левой задней. Как раз возле лапы была убита первая "веретенка", а
  вторая - в районе...
   - Подхвостье, - заметил Гот, отмечая место на карте. - Что скажешь,
  Зверь, это достаточно корректно?
   - Для Улы