в собственное сердце где-то в области солнечного сплетения -
  причем сердце было каким-то очень уж холодным, - Весин, впервые в жизни
  прибегнул к помощи успокоительного, чем немало перепугал собственного
  секретаря. Тот мужик бывалый, видал генерала в разных ситуациях: и под
  огнем, и на ковре у начальства, и в потоках грязи, выливаемых журналистами.
  Пятнадцать лет вместе прослужили - всякое бывало. Но валерьянка - никогда!
   Успокоившись, Николай Степанович перетряхнул архивы СБ. Действительно
  перетряхнул, хотя, видит бог, это стоило ему нервов едва ли не больше, чем
  обнаружение фамилии президента в списке смертников Конкуренция двух служб:
  МВД и Госбезопасности на высшем уровне проявлялась куда активнее, чем в
  низах. Однако овчинка стоила выделки. Зверь был на видеозаписях.
   Весин не узнал его сразу. И не сразу не узнал. Записи просматривали
  медленно, очень медленно, потом пролистывали покадрово... Нашли.
  Аристократичный, импозантный красавец-блондин с живыми, огненными глазами и
  открытой улыбкой был до изумления обаятелен, располагал к себе каждым
  жестом, а если уж он говорил о чем-то, невозможно было не прислушиваться к
  нему со всем вниманием. Генерал и так прислушивался - понять пытался, за
  кого же Зверь выдавал себя. Честно говоря, не понял. Но сомнений в том, что
  этот человек имел полное право находиться рядом с президентом, у Весина не
  возникло. А ведь