. - Ты заперт в одной машине с
  убийцей, возможно, с сумасшедшим, который сам признает, что опасен. Ты -
  единственный, кто знает о том, что я преступник. Ты уязвим, потому что нас
  двое, а ты в одиночестве. И ты тем не менее разговариваешь со мной. Не
  боишься. Не стреляешь. Между прочим, мы давно уже идем намного ниже
  допустимого уровня. Любой другой обгадился бы со страха.
   - Я знаю, что летать ты умеешь.
   - А это основная причина.
   - Причина чего?
   - Того, что ты не хочешь убивать меня.
   Гот ничего не ответил. "Мурена" низко-низко скользила над морем, почти
  касаясь пляшущих волн. Потом взмыла вверх и понеслась к буровой, постепенно
  набирая высоту.
   Вот и поговорили. Странный вышел разговор, но со Зверем всегда все
  странно. Черт бы его побрал! Конечно, майор Дитрих фон Нарбэ далек от
  трепетной законопослушности, однако ему никогда не доводилось иметь дело с
  преступниками. Убивать самому случалось. Но одно дело - отнимать чужую жизнь
  на войне и совсем другое - убивать за деньги или для удовольствия.
   Зверь похож на убийцу?
   Сейчас кажется, что да. Сейчас, когда все его странности можно объяснять
  таким образом. Зверь похож на убийцу, потому что производит впечатление
  человека, видящего жизнь как-то очень по-своему. Однако если подумать, он и
  преступником должен быть довольно странным. Специфическим. Гот не мог
  представить себе род деятельности, законной