. Другого кого точно выперли бы, а Азаматку простили. Как
  обычно. Во-первых, отличник пожизненный, математик, звезда, блин, городского
  масштаба. Во-вторых, тихий же.
   - Значит, он всю жизнь такой, - констатировал Лонг. - А я думал, только
  здесь.
   На него уставились все. Даже те, кто, кажется, и не слышал разговора.
   - Какой? - осторожно уточнил Трепло, поглаживая гитару, - Тихий?
   Кинг неприлично хихикнул.
   - Да я не про то, - поморщился Лонг - я говорю, он всегда себя вел так,
  что не придерешься. Даже если устраивает что-нибудь не то, все равно
  получается, что так и надо было.
   - Он злой, - булькнул Джокер из своего угла. На него привычно не обратили
  внимания.
   - Спой, Трепло, - попросил Пижон. И закрыл "секретарь". Кинговы тексты
  править - дело непростое. Отдохнуть надо.
   Трепло никогда не ломался. Вот и сейчас он перестал бесцельно тренькать,
  сел поудобнее, пробежался по струнам пальцами. Вздохнул:
   - Чего бы такого... А, знаю. Как раз. Взял, словно на пробу, несколько
  аккордов. И запел не громко. Как будто для себя.
  
   Полжизни в капканеКуда ж теперь-то дойдешь?
   Не плачь, могиканин,
   Подставь ладони под дождь...
   Дождь, дождь, лужи на асфальте,
   Черные колеса - серая вода,
   Во всех краях - дождь, встречным посигнальте,
   Укажите им дорогу в никуда...
  
   Те, кто знал русский, слушали слова, те, кто не знал, - слушали песню.
  Трепло давно приучил всех к Медведеву.