ды чисел вовсе не казались
  простыми.
   - Да, - отрезал Зверь, - у тебя мозги не так устроены, чтобы в этом
  разбираться. Не забивай голову, а то вникнешь, и вся память занята. Когда
  начнем работать, будешь делать то, что я говорю, только и всего.
   - А если ты заразился и вот-вот помрешь?
   - Тогда будешь делать то, что скажет Пендель.
   - Действительно, как все просто, - скептически пробормотал Гот. И
  отправился в лабораторию Улы.
  
  ***
  
   Его всегда изумляло, как биолог умудряется поддерживать в своих владениях
  такую сверхъестественную чистоту. Даже в рейхстаге, где, по идее, должен был
  царить идеальный порядок, хватало всякой, без сомнения полезной, но на вид
  совершенно пакостной дряни. Один топчан Кинга чего стоит! Это ж представить
  только командный пункт какой-нибудь приличной военной базы - и в углу
  устрашающего вида двуспальное чудовище, собранное из упаковочных ящиков и
  крепежных стоек.
   А куда деваться? Не прикажешь же выкинуть эту гадость. Самому тогда негде
  спать будет.
   Ула оборудовала себе спаленку в одном из крохотных, как чулан, отсеков,
  смежных с лабораторным залом. И Гот готов был поклясться, что в спальне Улы
  так же чистенько, как на ее рабочем месте. Впрочем, о том, как там
  доподлинно обстоят дела, знал только Зверь, а он на эту тему не
  распространялся.
   Да, чего только не придет в голову, когда вспомнишь вдруг, что боец Ула
  Экнахталь