, у
  него были на то причины.
   Гот провел ладонью по выгнутому пластику. Попытался представить себе
  существо, которое сделало это. Зверь не мог. Просто не мог. Он тонкокостный,
  легкий и скорее гибкий, чем сильный. Значит ли это, что там, внутри, сейчас
  не Зверь?
   Вполне возможно. То есть невозможно абсолютно, если опираться в
  предположениях на привычный набор аксиом, но со Зверем этот набор себя не
  оправдывает.
   Вот зараза!
   Тот отвернулся от двери и направился к выходу из корпуса. Улыбнулся едва
  заметно.
   Основная проблема со Зверем не в том, что непонятно, чего от него
  ожидать. Проблема в том, что от него все всегда чего-то ожидают. И ты,
  майор, единственный, кто ждет равно плохого и хорошего. Все другие ни о чем
  плохом даже не помышляют.
   Значит ли это, что ты умнее всех, Гот?
   Предположение приятное, но... увы, раз на раз не приходится.
  
  ***
  
   - И вообще, у меня такое чувство, что я здесь совершенно бесполезна, -
  сердито сказала Ула. Мрачно проводила взглядом Крутого, который отправился
  сменить Пулю на боевом посту.
   - Зря, - Гот пожал плечами.
   Они выбрались поужинать на свежий воздух, на немецкую скамейку. Вообще,
  неметчиной в лагере попахивало ощутимо.
   - Ты в самом деле думаешь, что Крутой или Пуля будут стрелять? -
  поинтересовалась Ула.
   - У них приказ.
   - Там сейчас совсем не Зверь, да? - Она привычно забралась на скамейку с
  ногами.