ла да Ула. Хотя Ула, конечно, да! На нее посмотреть стоит. Вот Зверь,
  вот скотина, все бабы на него липнут. На Земле такого не было. Заглядывались
  на Азамата, конечно, куда без этого? Такие, как он, женщинам нравятся. Но он
  же Тихий был. Тихий. Это здесь озверел. Во всех смыслах.
   Девушка на экране ничего пока не делала. Сидела на столе. Смотрела на
  Зверя. А тот не то спал, не то совсем отключился...
   Пижон подскочил, вспомнив тварь, в которую превращается Зверь,
  отключаясь. И сел обратно. Что бы ни случилось, это дело прошлое. Запись
  четырехчасовой давности. Да к тому же эта женщина - порождение Цирцеи и,
  может быть, больной фантазии Азамата. Вот она удивится, столкнувшись нос к
  носу с "демоном". За самого Зверя Пижон нисколько не переживал. Этот,
  изменившись, даже ящера голыми руками порвет. Что уж говорить о каком-то там
  фантоме?
   А девушка сидела. Молчала. Не похоже было, что ей скучно. Она смотрела на
  Азамата... Просто смотрела. А Пижон смотрел на нее. Радовался тому, что угол
  съемки у мини-камеры очень широкий и охватывает практически все пространство
  жилого отсека. Можно наблюдать и за Зверем, и за его гостьей, а заодно быть
  уверенным, что никого больше внутри нет.
   Зверь открыл глаза. Пижон напрягся, но ожидаемого безумия во взгляде
  Азамата не наблюдалось. Там даже привычные бесенята не плясали, а ведь Пижон
  за полгода так к ним привык, что уже и вспомнить не мог, какие были