самых последних. И
  российская "Нива". Священник быстро оглядел обе машины. "Ниву" узнал. Ее
  заднее сиденье он не спутал бы ни с каким другим. Надо полагать, именно эта
  машина на ходу.
   Отец Алексий скользнул за руль. Не глядя, протянул руку к кармашку для
  ключей.
   Пусто.
   Еще не веря, священник пошарил там пальцами, заглянул даже.
   Пусто.
   Зверь не имел привычки оставлять ключи от машины в этом традиционном,
  специально для них сделанном пластиковом кармашке.
   - Мать твою в бога душу, - яростно прошептал отец Алексий.
   У Зверя были в кармане какие-то ключи. Они попались под руку при обыске,
  но священник спешил, поэтому не обратил на это внимания. Искал-то оружие.
  Почему-то уверен был, что убийца шагу не сделает без хотя бы простенького
  пистолета.
   Значит, надо возвращаться. Нечего и думать завести машину без ключей -
  никогда это толком не получалось, сколько ни учился. А выбраться из этой
  глуши без автомобиля можно и не успеть. Зверь говорил о церемонии. Вдруг он
  ожидал гостей? Они ведь могут появиться уже утром. Будут искать. Нет. Пешком
  не уйти.
   Ладно, снять с трупа ключи не страшнее, чем сделать трупом живого
  человека.
   Священник разыскал в наборе инструментов тяжеленную монтировку, глотнул
  напоследок чистого ночного воздуха, вернулся в задымленные сени и бегом
  помчался по лестнице наверх, закрывая лицо мокрым обрывком собственной рясы.
  ***
  
   Олег дышал