ресовался
  Смольников, включая дымоуловитель.
   - Как раз его не буду. - Генерал побарабанил пальцами по папке на столе.
  - Здесь распечатка.
   - Позвольте ознакомиться.
   Николай Степанович открыл лежащую на коленях папку, вытащил отпечатанный
  листок:
   - Пожалуйста. Здесь имена, адреса, способ убийства. Думаю, разберетесь.
   - Надеюсь. - Магистр чуть повернул лампу, надел очки и углубился в
  чтение.
   Генерал откинулся на спинку кресла. Молча ждал. Смотрел в окно.
   Там, снаружи, уже поздний вечер. Темно. Пахнет сиренью, но запах этот
  можно почувствовать, только отправившись на прогулку. Где взять время на
  подобную ерунду? А здесь настольная лампа освещает лишь стол с тихо гудящим
  компьютером, да самым краем касается световой круг человеческих лиц.
  Наверное, обычно в этом кабинете очень уютно. Тяжелая мебель, темные стены,
  высокие шкафы с книгами - все внушает покой и некое умиротворение.
   Приятное место. Николай Степанович не возражал бы и свой кабинет
  обставить в таком же стиле. Если верить Смольникову, обстановку подбирал все
  тот же Зверь. И его же рукой выполнен портрет магистра, что смотрит со
  стены. Смотрит внимательно. Мудро. Чуть устало.
   Мастерская работа. Весин не разбирался в живописи, но этот портрет
  нравился ему, несмотря на то что отношения с оригиналом не заладились с
  самого начала. Зверь, надо полагать, трепетно относится к своему наставнику,
  если