дачка не из легких. Но мы со всеми потрохами едва до тонны
  дотягиваем! Нас же мотать должно, как вагон электрички, - на ногах не
  устоишь. А мы неподвижны. Непонятно!
  
  - Ну что вы стоите как остолопы? - снова подал голос Салифанов. - Давайте
  меняйте меня. Я в эту игру больше играть не в состоянии.
  
  - Сейчас приду, - отозвался Валера.
  
  - Васеньев, уступи вахту, - попросил я.
  
  Мне нужно было разобраться в происходящем. Передоверить эту задачу
  кому-нибудь другому и лежать остаток ночи в неведении я не мог. Валера
  пожал плечами:
  
  - Если бы ты просил у меня обеденную пайку сахара, я бы подумал, а вахты -
  хоть все забери, такого добра не жаль.
  
  Васеньевская показная беспечность меня обмануть не могла. Я прекрасно
  видел, что он сейчас предпочел бы постоять у руля, чем лезть обратно в
  мокрые одеяла. В такую погодку вахтить как-то спокойнее, по крайней мере
  создается иллюзия, что очередной морской сюрпризец не застанет врасплох.
  
  - Вы долго будете изображать скульптурную группу "Парализованные"? -
  поторопил Салифанов.
  
  Натянув кеды и штормовку, я перебрался на корму.
  
  - Курс двести, маяк правее градусов на тридцать. На рюкзаки не садись,
  сиденье промочишь, - кратко ввел в курс дела Сергей. - Хватайся! - И он
  отпустил руль. Я сжал пальцы на румпеле.
  
  - Распишись в судовом журнале!