ле! - крикнул я вдогонку.
  
  Сергей только махнул рукой и полез в спальник.
  
  - Ты же мокрый! - возмутилась Монахова.
  
  - Ничего, теперь ты тоже не сухая, - успокоил ее Сергей.
  
  - Татьяна, а ты чего сидишь? - крикнул он из вороха одеял. - Лезь сюда
  немедленно.
  
  - Нет, я лучше тут, - замотала головой Войцева. - Мне тут лучше.
  
  - Войцева, не возникай! - прикрикнул Салифанов. Татьяна молча поднялась и
  поползла на салифановский голос, как самолет на радиомаяк приведения.
  Похоже, ей было все равно - сидеть, ползти или тихо испускать дух посреди
  бушующего Аральского моря. Ее мучила морская болезнь или что-то еще, очень
  на то похожее. Я еще раз сочувственно взглянул на уползающую Татьяну и
  решил приступить к своим непосредственным обязанностям. Должность моя -
  рулевой, значит, надо рулить. Я взглянул на компас. Стрелка стояла
  удивительно спокойно, не моталась из стороны в сторону, как обычно.
  Истинный курс расходился с заданным почти на пять румбов.
  
  - Лево пять румбов! - скомандовал я себе. - Есть, лево пять!
  
  Правой рукой я надавил на румпель. Сил явно не хватало. Я надавил сильнее.
  Результат тот же. Я наплевал на условности и, встав на колени, навалился на
  румпель руками, вложив всю свою силу и весь свой вес. Руль согнулся и
  нехотя сдвинулся на самую малость.
  
  Четыре часа назад я