исутствии оскорбил великий праздник и
  лично Иосифа Виссарионыча и, спровоцировав драку, нанес офицеру телесное
  повреждение средней тяжести. Которое тот получил, ткнувшись пьяной рожей
  в перекладину нар и раскроив себе бровь.
   Особисты быстро смекнули, что к чему, и раскрутили это дело, подведя
  под него политическую базу. Проведя следствие, они выявили среди
  японских военнопленных заговор, ставивший своей целью вооруженный захват
  лагеря и попытку перехода государственной границы. Заговорщики были
  изобличены и отправлены в область, где преданы суду. Более десятка из
  них, в том числе отказавшегося выпить за здоровье Сталина зэка,
  приговорили к высшей мере. Которую, не откладывая в долгий ящик, привели
  в исполнение.
   Дело это, по тем временам, было обычное. И не за такое к стенке
  прислоняли! И не только чужих, а и своих - за милую душу!
   Япошки русских пленных, попадавших им в руки, еще меньше жаловали, в
  айн момент шинкуя их своими самурайскими мечами в мелкие кусочки. Так
  что жалеть их не приходилось.
   Больше, чем японцев, было жалко Пашку, которого на всякий случай
  сплавили из части в дальнюю командировку, а потом втихую уволили из
  армии. Так что он свое получил!..
   Но Омура Хакимото считал, что недополучил.
   Потому что русский офицер Павел Благов убил его брата!
   Но не в том дело, что убил,