Приемник у меня
  наградной, с подписью министра нашего, разговаривать отказывается. В
  мастерскую отдавать опасаюсь, чтобы надпись сердцу дорогую не попортили. На
  тебя вся надежда. Поспособствуешь? Нет, ко мне заходить не обязательно. Я
  сам как-нибудь до тебя дотопаю. В моем возрасте каждый пройденный шаг - это
  шаг от инфаркта. Скажи там охране, чтобы пропустили.
   В Сбербанке Сан Саныч вокруг да около ходить не стал.
   - Слушай, Степанов, не в службу, а в дружбу, запусти мне вот эту дискету
  на экран.
   - А что там?
   - Да игра одна такая, сексуальная. Расчлененка. Там кто-то голую бабу на
  куски изрезал, а мне ее надо снова по частям собрать. Интересная игра.
  Отставникам-пенсионерам УВД нравится. Говорят, навевает воспоминания. Вот
  хочу попробовать. А то как-то неудобно отставать от новых веяний. А ты пока
  где-нибудь в приемнике поковыряйся. Лады? Напиши, какие кнопки нажимать, и
  ступай себе.
   Ступай, ступай. Неудобно мне такими развлечениями под чужим приглядом
  заниматься. Все-таки баба, хоть и изрезанная. А я как управлюсь - тебя
  кликну.
   Прочитывая написанные Степановым на бумажке команды, Сан Саныч с грехом
  пополам вывел информацию, заключенную в дискете, на экран. Информация была -
  ложись и помирай. Что четверо человек уже и сделали. Похоже, его ученик был
  не промах и перед