ея плавать, через Днестр в полной боевой
  выкладке переплывать, - напомнил эпизод из далекой боевой юности Анатолий.
  
  - Так ведь чуть не утоп.
  
  - Так ведь не утоп.
  
  - Семен не тонет...
  
  - А если клиент не испугается? Если раскроет подставу? И удила закусит?
  
  - Не раскроет. И не закусит. Это он только снаружи такой смелый, такой
  непробиваемо начальственный. За счет уворованных кабинета и костюма. А
  внутри все тот же типичный, всего боящийся, от всего шарахающийся зек.
  Каким всю жизнь и был. Его только из кресла на нары пересадить, а дальше
  все само собой пойдет. Самокатом. Как по сливочному маслу...
  
  Можете поверить. Я их психологию изучил, как винтовку Мосина. Имел
  возможность за столько-то лет. Это они вначале выкореживаются, изображают
  из себя неприступных, что твоя гора Эверест, бугров. На упряжке кривых коз
  не подъедешь. А чуть только в привычную обстановку погрузятся, парашки
  понюхают, тюремной баланды похлебают - враз людьми становятся. Такими, что
  любо-дорого смотреть. И разговаривать. С глазу на глаз, а не по одному
  только мобильному телефону.
  
  - Это он верно говорит. Кабы тому районному Голове в тюрьму сесть, хоть на
  дней несколько, он бы на порядок сговорчивее стал.
  
  - Как же ему тюрьму обеспечить? Это же не кинотеатр. Кто его туда с улицы
  пустит? Без санкции Прокурора?
  
  - А без Прокурора! В частном порядке.