лицо фиксировалось и откладывалось
  в памяти, как на почте корреспонденция "до востребования". Конечно, иногда и
  забывалась, но не раньше, чем проходили сроки давности. Этому Сан Саныча
  научила служба, этому его научила жизнь. Лет тридцать назад, работая
  нелегалом в неближнем зарубежье, он просто обязан был запоминать своих
  ближних и дальних соседей. Только так он мог обнаружить присутствие
  подозрительных лиц в своем окружении, только так мог распознать слежку.
  Провалился он быстро, но привычки остались надолго.
   Вот эта бабушка жила в соседнем подъезде.
   Эти два мальца в соседнем доме.
   Эта парочка в квартале дальше.
   Старик с собакой этажом ниже...
   Все они мелькали перед окнами более или менее регулярно. Приходящие к ним
  гости или родственники появлялись реже, но всех их Сан Саныч запомнил в
  лицо. Все они, вместе взятые, составляли "фон безопасности".
   А вот этого ожидающего кого-то на перекрестке парня он видел впервые.
  Случайный прохожий. Городская улица не колония строгого режима, куда
  случайным прохожим ход заказан. Мало ли кто и зачем может забрести в
  незнакомые переулки.
   Так-то оно так. И забрести может незнакомец, и отдохнуть, опершись плечом
  на пыльную стенку, и по сторонам от скуки поглазеть. Может. Но не в этом
  месте! Уж больно оно удобно