ишком далеко зашли наши с Конторой отношения. Я решал конкретные
  задачи: как до неузнаваемости изменить лицо, походку, голос, какую выбрать
  одежду, в качестве кого, не привлекая внимания приблизиться к похоронной
  процессии. Я думал, разрабатывал, браковал варианты. Я решал десятки мелких
  задач, на самом деле решая одну-единственную - продажу своих тела и души
  Конторе.
   Сделка состоялась!
   Двенадцатый час.
   Экраны молчат. Меня провоцируют на сон. Я должен сопротивляться!
  Разминать мышцы. Думать. Петь про себя песни. Вспоминать. Только не спать! И
  я вспоминаю.
   Процессия втягивалась на кладбище. Гроб несли десять человек. Интересно,
  что там внутри? Или может быть кто? Где можно надежно спрятать неугодное
  тело, как не в официальной могиле, прикрываясь словно щитом натурально
  плачущими родственниками. Я уловил дух Конторы и теперь не удивлюсь любым,
  самым фантастическим вывертам. Собственно говоря, я и сам стал ее частью,
  если при наблюдении за собственным захоронением меня посещают такие мысли.
  Что-то надломилось во мне в последние дни.
   Остановились возле могилы. Замерли. Кто-то побежал за забытыми в машине
  табуретками. Держать "меня" было тяжело. Пот заливал глаза носильщиков. Я
  видел их рядом,