жны двигаться! Они так устроены, что не могут иначе. Все
  мое тело требует движения. И лишь махонький кусочек головного мозга, может
  быть стограммовый, может быть еще меньший, где гнездится сознание,
  продолжает упрямиться, обрекая все прочие семьдесят килограммов тела на
  страдания. Он сильнее. И это суть. Он должен быть сильнее, иначе грош цена
  всем прочим десяткам килограммов!
   Вспышка! Оглушительная сирена! Голос.
   - Приготовиться к спаррингу!
   И без всякого перехода, без паузы, тут же в распахнутую дверь впрыгивает
  инструктор по рукопашному бою. Он смеется! Ему весело! Его разогретое
  быстрое тело готово к бою. Ему нравится собственная сила и уверенность. Он
  жаждет драки как развлечения.
   С трудом превозмогая онемение поясницы я вскакиваю на ноги. Раскаленные
  спицы боли прокалывают мой позвоночник, суставы, мозг. На мгновение в глазах
  темнеет. И именно в это мгновение меня настигает удар в челюсть.
   Из своего заведомо проигрышного положения - мой противник свеж, а я весь
  как отсиженная нога, я извлекаю крупицы выгоды. Приняв удар, я искусственно
  падаю, чтобы получить мгновенную передышку, успеть очухаться,
  сгруппироваться, "завести" мышцы. Внешняя боль вытесняет внутреннюю,
  мобилизует