ло, и чтобы набрать требуемую сумму, мне пришлось несколько
  часов покрутиться в городском транспорте, потолкаться в шумных магазинных
  очередях. Угрызений совести, потроша чужие кошельки, я не испытывал. От
  подобных глупостей меня отучили еще в учебке. Я думал о выполнении задания,
  а не о нравственности своих поступков. Не мог я позволить себе эмоции.
  Невозможно идти вперед, все время оглядываясь назад. Правда, оббирать я
  старался людей обеспеченных, но вовсе не из-за жалости, просто мне нужны
  были большие деньги, а не медяки бедняцких кошельков. Рисковать из-за мелочи
  в моем положении было бы непростительной глупостью.
   Вечером, растворившись в толпе пассажиров, я отбыл из города. У меня было
  новое имя, новая фамилия, отчество, адрес, жена и подробно разработанная
  легенда. На моих плечах плотно сидел только что купленный в комиссионке
  (новая одежда не годилась, так как она привлекает внимание) пиджак, в
  портмоне лежала не очень большая (опять-таки в целях конспирации), но
  достаточная для двухнедельной поездки сумма денег, в руках легкий чемоданчик
  с обычным дорожным набором и испеченными любящей супругой (а вообще-то
  купленными на базаре) пирожками.
   - Вы куда направляетесь? - поинтересовался