из комнаты женщины. Теперь очень важно было не дать ей
  закричать, не позволить навлечь на меня милицию. Следовало незамедлительно
  придумать ей какое-то занятие. Человек, у которого появилась работа, обычно
  молчит.
   - Скорее, - крикнул я. - Вашему мужу плохо! Ну же! Быстрее!
   Словно завороженная женщина повернулась к открытой двери в ванную
  комнату. В ванной она пусть кричит, причитает и зовет на помощь сколько
  угодно. На улице ее уже слышно не будет. А за мною, имея на руках раненого
  супруга, она не побежит. Две, а то и три минуты супруги будут заняты только
  собой, еще минуту активной и потому бестолковой помощью работникам милиции,
  появившимся в проломе. Этого времени мне хватит за глаза, чтобы навек
  покинуть эту квартиру, этот дом и даже улицу.
   Быстро пройдя в коридор я на ходу сорвал с вешалки хозяйский плащ,
  набросил его на руки, чтобы скрыть веревки, открыл дверь и спешно, но без
  излишней торопливости, спустился по лестнице.
   - Что там происходит? - поинтересовалась на третьем этаже какая-то
  пожилая женщина.
   - Кино снимают, - ответил я первое что взбрело в голову.
   - Да вы что! - всплеснула руками женщина, - а я ничего не знаю!
   На улицу я вышел очень спокойно. Возле соседнего