ранице, а
  только в банке для получения денег. Агент, должно быть, въезжал в страну под
  собственным именем, совершенно законно прибывал в страну, где его дожидались
  деньги, а затем использовал в банке поддельный паспорт. Во всяком случае,
  так мне это представляется.
   - А вам известно, почему сначала выплаты осуществлялись через резидента,
  а в дальнейшем через человека, привозившего деньги из Лондона?
   - Известно. Я спрашивал об этом у своих бабенок в расчетном отделе. Дело
  в том, что Контролер боялся...
   - Контролер? Вы хотите сказать, что эти выплаты курировал сам Контролер?
   - Да, он. Он боялся, что местного резидента могут опознать в банке,
  поэтому решил посылать почтальона и выбрал для этой цели меня.
   - Когда состоялись ваши поездки?
   - В Копенгаген - пятнадцатого июня. В тот же вечер я улетел обратно. А в
  Хельсинки - в конце сентября. Там я пробыл два дня. - Он ухмыльнулся, но
  Петерс не обратил на это ни малейшего внимания.
   - А другие выплаты? Как производились они?
   - Вот этого, прошу прощения, не помню.
   - Но одна совершенно наверняка в Осло?
   - Да, в Осло.
   - С каким интервалом производились две первые выплаты через резидентов?
   - Точно не знаю. Думаю, с небольшим. Месяц или вроде того. Может, чуть
  больше.
   - Как вы думаете, работал этот агент до того, как была произведена первая
  выплата? Не было ли это указано в досье?
   - Нет, в досье были только даты выплат. Первая - в начале пятьдесят
  девятого.