шагал между
  ними по широкому коридору, который вел от центрального входа в глубь дома.
  Они подошли к большой двустворчатой двери, один из охранников отпер ее и
  приказал Лимасу войти первым. Тот распахнул дверь и очутился в маленькой
  барачного типа комнате с двумя койками, креслом и чем-то вроде письменного
  стола. Все это походило на тюремную камеру. Стены были увешаны фотографиями
  девиц, но ставни на окнах закрыты. Поставив чемодан на пол, он пошел открыть
  вторую дверь. Помещение за нею было точной копией первого, но тут стояла
  только одна койка и на стенах не было фотографий.
   - Тащите сюда вещи, - сказал Лимас. - Я устал.
   Не раздеваясь, он улегся на постель и через несколько минут уже крепко
  спал.
   Его разбудил охранник, принесший завтрак: черный хлеб и эрзац-кофе. Лимас
  поднялся и подошел к окну.
   Дом стоял на холме, сразу под окном склон круто уходил вниз, но кроны
  высоких елей возвышались над вершиной холма. За ними удивительно симметрично
  тянулась в даль бесконечная череда холмов, поросших густым лесом. То тут, то
  там лесные овраги и пожары образовали узкие просветы, похожие на Ааронову
  тропу среди чудесным образом расступившегося моря деревьев. Нигде не было ни
  единого намека на человеческое жилье: ни дома, ни церкви, ни даже
  каких-нибудь развалин, только грязная желтая дорога, тонкой линией
  прочертившая долину. Ниоткуда не доносилось ни звука. Казалось невероятным,
  что такое огромное пространство