рразведчики вроде волков, грызущих пустую кость, -
  приходится отнимать ее, чтобы заставить их выйти на поиски новой добычи. И
  это в самом деле так, я понимаю, что он имел в виду. Но Мундт зашел слишком
  далеко. Зачем он убил Фирека? Почему он отнял его у меня? Фирек был свежей
  добычей, фигурально выражаясь, с этой кости мы даже не успели обгрызть мясо.
  Так почему же он отнял его у меня? Почему, Лимас, почему?
   Рука Фидлера крепко впилась в плечо Лимасу. Несмотря на полную темноту в
  машине, Лимас отчетливо ощущал пугающую взвинченность собеседника.
   - Я гадал об этом день и ночь. Когда застрелили фирека, я спросил себя,
  кому это на руку. Ответ сперва показался мне фантастическим. Я сказал себе,
  что просто завидую его успехам, что я переутомился, и мне за каждым кустом
  стали мерещиться предатели. В нашей работе такое бывает. Но я уже ничего не
  мог с собой поделать, мне нужно было докопаться до истины. Ведь кое-что
  подобное уже случалось и раньше. Он боялся, он явно боялся, что мы поймаем
  кого-нибудь, кто скажет нам слишком много!
   - Что вы несете! Да вы с ума сошли! - сказал Лимас, и в его голосе
  послышался испуг.
   - Понимаете, все сходится одно к одному. Мун-дту с поразительной
  легкостью удалось удрать из Англии, вы же сами мне говорили. А помните, что
  вам сказал Гийом? Он сказал, что им не особенно хотелось поймать его! А
  собственно, почему? Я вам скажу почему: он стал их агентом, они
  перевербовали