вей!
   Он услыхал, как шагнул вперед один, потом другой. Послышалась брань
  налетевшего на кресло охранника. Этого знака и дожидался Лимас. Бросив на
  пол коробок, он, крадучись, шаг за шагом, двинулся вперед, выставив левую
  руку, как человек, раздвигающий ветви в лесу. Наконец он почувствовал под
  рукой чью-то руку и теплую, колючую ткань солдатской формы. Он тихонько
  постучал левой рукой по руке солдата, и тут же услышал испуганный шепот.
   - Это ты, Ганс? - спросил солдат по-немецки.
   - Заткнись, идиот, - прошептал. в ответ Лимас и в тот же миг схватил
  противника за волосы, рванул его голову на себя и вниз, нанес ребром правой
  ладони жуткий режущий удар в затылок, рванул его кверху и ударил кулаком в
  горло. Когда он отпустил солдата тот безжизненно рухнул на пол. И тут же во
  всем доме зажегся свет.
   В проеме двери стоял молодой капитан народной полиции с сигарой в зубах.
  Сзади были еще двое. Один довольно молодой в гражданском платье и с
  пистолетом в руке. Лимасу показалось, что это пистолет чешского производства
  с обоймой в рукояти. Все трое глядели на лежавшего на полу. Кто-то отпер
  наружную дверь. Лимас обернулся на шум, но тут же раздался чей-то крик -
  кажется, капитана, приказывавшего ему не шевелиться. Он снова повернулся к
  ним.
   Лимас не успел защититься от удара. Страшного удара, будто проломившего
  голову. Падая и теряя сознание, Лимас спросил себя, чем же они его ударили -
  может быть, револьвером