ко ныло в паху. Интересно, убил ли он охранника? Хотелось надеяться, что
  убил.
   Над головой горел свет - яркий, больничный, слепящий. Никакой мебели,
  только белые стены, обступавшие его со всех сторон, да серая стальная дверь
  приятного известнякового цвета, какой можно увидеть в обставленных со вкусом
  лондонских домах. Больше ничего. Ничего, на чем можно было бы
  сосредоточиться, только дикая боль.
   Он лежал так, наверное, долгие часы, прежде чем за ним пришли. От яркого
  света было жарко. Жутко хотелось пить, но Лимас не желал ни о чем просить
  их. Наконец дверь открылась, и на пороге появился Мундт. С первого взгляда
  Лимас понял, что это он. Смайли много рассказывал ему о Мундте.
  
   17. Мундт
   Его развязали и помогли подняться, но едва кровь прихлынула к рукам и
  ногам, а суставы освободились от чудовищного напряжения, он снова рухнул на
  пол. Больше ему не помогали, они просто стояли над ним, глазея на него с
  любопытством детей, разглядывающих насекомое. Потом из-за спины Мундта вышел
  охранник и крикнул Лимасу, чтобы тот вставал. Лимас подполз к стене и,
  цепляясь дрожащими руками за белый кирпич, стал медленно подниматься. Он
  почти уже был на ногах, но тут охранник ударил его, и он упал. И снова начал
  подниматься. Теперь уже никто не мешал ему. И вот он наконец встал,
  прислонившись спиной к стене. Тут он заметил, что охранник переносит тяжесть
  тела на левую ногу, и понял, что тот снова ударит его. Собрав