ине города.
   Наконец на четвертый день состоялось собрание их партийной ячейки. Лиз
  ожидала его с большим волнением, как пример того, чем станут когда-нибудь их
  заседания в Бэйсуотерском округе. Для обсуждения выбрали замечательную тему:
  "Мирное сосуществование после двух войн", и число участников обещало быть
  рекордным. О собрании оповестили всех работников отрасли, предусмотрели,
  чтобы в это время не было других мероприятий, и выбрали день, когда рано
  закрываются магазины.
   На собрание пришло семь человек.
   Семь человек да еще Лиз, секретарь ячейки и представитель округа. Лиз
  старалась бодриться, но на самом деле была крайне растеряна. Она плохо
  слушала оратора, к тому же он употреблял такие длинные сложноподчиненные
  предложения, что она ничего не могла разобрать, даже когда пыталась. Это
  было так похоже на их собрания в Бэйсуотере или на церковную службу в будний
  день (когда-то Лиз ходила в церковь) - та же маленькая группка потерянных и
  неуверенных в себе людей, та же напыщенность, то же ощущение великой идеи,
  запавшей в никудышные головы. На таких сборищах она всегда чувствовала одно
  и то же: ей было неприятно, но все же не хотелось, чтобы сюда зашел кто-то
  посторонний, ибо само по себе это было нечто абсолютное, предполагающее
  гонения и унижения и вызывающее в тебе ответную реакцию.
   Но семь человек - это ничто, даже хуже, ч„м ничто, так как это
  свидетельствовало об инертности и равнодушии масс. И