всю ночь?
   - Я ушла после ужина. Пошла домой, но не сразу. Сперва бродила, сама не
  знаю где. Просто бродила по улицам.
   - А как он объяснил ваш разрыв?
   - Он не рвал со мной, - сказала она. - Нет, не рвал. Просто он сказал,
  что ему нужно кое-что сделать, отплатить кому-то, чего бы это ни стоило, а
  потом, когда все будет позади, он вернется и, если я еще буду ждать...
   - И ты, конечно, сказала, - насмешливо предположил Карден, - что всегда
  будешь ждать его? Верно? Уверен, что так. Что ты его никогда не разлюбишь.
  Так?
   - Да, - просто ответила Лиз.
   - И он сказал, что пришлет тебе деньги?
   - Он сказал... сказал, что все не так страшно, как кажется. Что я... что
  обо мне позаботятся.
   - И поэтому ты не стала разбираться, когда какой-то благотворительный
  фонд ни с того ни с сего уплатил за тебя тысячу фунтов?
   - Да! Именно поэтому. Вы теперь все знаете. Вы знали все с самого начала.
  Если вы и так все знали, для чего вы посылали за мной?
   Карден невозмутимо дождался, пока она перестанет всхлипывать.
   - Вот, - сказал он, обращаясь к трибуналу, - вот вам свидетельство
  защиты. Мне только очень жаль, что девица, у которой чувства подменяют
  разум, а честность сведена на нет крупной суммой денег, была признана нашими
  британскими товарищами достойной вести партийную работу.
   Поглядев на Лимаса, а затем на Фидлера, он грубо бросил:
   - Она просто идиотка. Но тем не менее очень хорошо, что она подвернулась
  Лимасу. Уже не