олжна
  была дискредитировать меня. Фидлера уничтожили, а Мундт вышел сухим из воды,
  спасся, вырвавшись из сетей империалистического заговора. Есть ведь старое
  правило: после ссоры любовь вдвое слаще.
   - Но как они могли узнать обо мне? Как могли вычислить, что мы
  встретимся? - воскликнула Лиз. - Неужели они способны знать заранее, что
  люди полюбят друг друга?
   - Это не имело значения - не на том все строилось. Они выбрали тебя
  потому, что ты молода и хороша собой. Потому что состоишь в коммунистической
  партии. Потому что знали, что ты поедешь в Германию, если получишь
  приглашение. Тот человек в бюро по трудоустройству, Питт, направил меня в
  библиотеку, потому что знал, что я соглашусь на такую работу. В годы войны
  Питт служил у нас в Цирке. Думаю, они и сейчас задействовали его. Им просто
  нужно было организовать наше знакомство, нашу встречу, хотя бы на день.
  Остальное не имело значения, потому что потом они уже могли позвонить тебе,
  послать тебе деньги, представить дело так, словно между нами был роман, даже
  если бы на самом деле его и не было. Возможно, представить это как случайную
  связь. Главным в нашем знакомстве было то, что потом они могли послать тебе
  как бы от моего имени деньги. А мы с тобой просто облегчили им задачу...
   - Облегчили, - согласилась Лиз. - Мне так пакостно, Алек. Так пакостно,
  словно я в хлеву побывала.
   Лимас промолчал.
   - Скажи, людям из твоего департамента легче разбираться с