тво превосходства над всеми остальными, не
  замечающими, как уходит ночь и наступает утро. Экипаж, несущий на себе
  печать раннего вставания и утреннего холода, обращался с пассажирами с
  равнодушием солдат, только что вернувшихся с фронта: презренные смертные -
  это утро не для них.
   Кифер снабдил Лимаса багажом, что было очень предусмотрительно, и Лимас
  оценил это. Пассажиры без багажа бросаются в глаза, что вовсе не входило в
  планы Кифера. Они отметились у стойки и направились по указателю к
  паспортному контролю. Но тут случилась нелепая заминка: они пошли не в том
  направлении, и Кифер наорал на носильщика. Лимас решил, что Кифер нервничает
  из-за паспорта - и совершенно напрасно, потому что, на его взгляд, паспорт
  был в полном порядке.
   Паспорта проверял сравнительно молодой плюгавый мужчина в галстуке, какие
  носят в разведывательных войсках, и с каким-то загадочным значком на
  лацкане. У него были рыжие усики и областной говор, наверняка причинявший
  ему неимоверные страдания.
   - Надолго едете, сэр? - спросил он Лимаса.
   - На пару недель.
   - Будьте внимательны, сэр. Ваш паспорт действителен только до тридцать
  первого.
   - Знаю, - сказал Лимас.
   Они вместе прошли в зал ожидания. По дороге Лимас заметил:
   - А вам, Кифер, палец в рот не клади.
   Тот улыбнулся.
   - Мы же не можем позволить, чтобы вы пустились во все тяжкие. Это не
  входит в условия контракта.
   Предстояло ждать еще двадцать минут.