за столик и заказали кофе.
   - И приберите-ка здесь, - сказал Кифер официанту, указав на грязные чашки
  и пепельницы на столе.
   - Это сделает уборщица, - ответил официант.
   - Я сказал, приберите, - сердито повторил Кифер. - Какая гадость, как
  можно оставлять на столе грязную посуду!
   Официант отвернулся и пошел прочь. Но не к стойке и вовсе не затем, чтобы
  принести кофе. Кифер побелел от гнева.
   - Ради Бога, - пробормотал Лимас, - не стоит так расстраиваться. Жизнь
  коротка.
   - Наглый ублюдок, вот он кто! - бросил Кифер.
   - Ладно, ладно, устройте скандал. Момент самый подходящий - они запомнят
  нас на всю жизнь.
   Необходимые формальности в гаагском аэропорту оказались очень просты.
  Кифер вроде бы снова обрел прежнее хладнокровие. Он выглядел очень
  оживленным и весело болтал, пока они шли от самолета к таможне. Молодой
  голландский таможенник небрежно осмотрел их багаж и паспорта и сказал на
  чудовищном гортанном английском:
   - Желаю вам хорошо провести время в Нидерландах.
   - Спасибо, - ответил Кифер с излишним подобострастием. - Большое спасибо.
   Из таможни они прошли по коридору в зал прилета на другом конце
  аэровокзала. Кифер направился к главному выходу мимо небольших группок
  туристов, разглядывающих витрины киосков с духами, фотоаппаратами и
  фруктами. Когда они прошли через стеклянную вертушку, Лимас позволил себе
  обернуться. У газетного киоска, углубившись в чтение "Континентал