вский центр?
   Петерс молчал и только смотрел на Лимаса, пристально вглядываясь в него.
  Наконец он взял карандаш и сказал:
   - Начнем с вашей работы во время войны.
   - Как прикажете, - пожал плечами Лимас.
   - Значит, начнем с войны. Рассказывайте.
   - Я был призван в инженерные войска в 1939 году. И уже прошел
  спецподготовку, когда поступило извещение о приглашении людей со знанием
  иностранного языка на особую службу за границей. Я знал немецкий и
  голландский и неплохо говорил по-французски. Солдатчиной я был сыт по горло
  - и я записался. Я хорошо знал Голландию: у моего отца было агентство по
  продаже станков в Лейдене, я прожил там девять лет. Для начала я прошел
  обычную проверку, а потом меня определили в школу в окрестностях Оксфорда,
  где обучили всей нашей рутине.
   - Кто заведовал школой?
   - Тогда я и сам этого не знал. Потом познакомился со Стид-Эспри и
  оксфордским профессором по фамилии Филдинг. Они-то и заведовали. В сорок
  первом меня забросили в Голландию, и я пробыл там почти два года. В те дни
  мы теряли агентов раньше, чем успевали завербовать новых, - это была просто
  мясорубка. Голландия - поганая страна для такого рода работы, тут
  практически нет малонаселенной сельской местности, негде устроить лежбище и
  разместить радиопередатчик. Вечно в пути, вечно в бегах. Это жутко
  выматывало. Я выбрался отсюда в сорок третьем и провел пару месяцев в
  Англии, потом меня