лили, - пожал плечами Лимас.
   - А куда он девал получаемые от вас деньги?
   - С того дня я перестал платить ему. Оплатой стал ведать Цирк. Деньги
  переводились в западногерманский банк. Он даже вернул мне то, что я уже
  выплатил ему. Лондон перевел и эти деньги в банк. - А многое вы сообщили в
  Лондон? - После этой встречи все, что знал. У меня не было иного выхода. А
  Цирк, разумеется, сообщил в Департамент. И с этого момента, - желчно добавил
  Лимас, - его провал стал уже вопросом времени. С Департаментом за плечами
  Цирк нагулял себе аппетит. Они начали нажимать на нас, требовать как можно
  больше информации, готовы были дать ему большие деньги. В конце концов мне
  пришлось предложить Карлу завербовать новых агентов, образовать агентурную
  сеть. Это было крайне глупо: мы перенапрягли Карла, встревожили его,
  подорвали доверие к нам. Это было началом конца.
   - Ну, и много ли вам удалось получить от него?
   - Много ли? - вздохнул Лимас. - Господи, вот уж не знаю. Это и так
  длилось невероятно долго. Я думаю, его засветили гораздо раньше, чем взяли.
  Скатывание вниз началось за несколько месяцев до его гибели. Они начали его
  подозревать и преградили ему доступ к подлинной информации.
   - И все же, если подытожить, что вы от него получили? - настаивал Петерс.
   Фрагмент за фрагментом Лимас восстановил полный объем сделанного Римском.
  Память Лима-са, как с удовольствием заметил Петерс, была на редкость точна,
  особенно если учесть,