пел с альбатросом. Это судно
  принадлежит Рондхейму, а не Фири.
   Сандекер задумался.
   - Мисс Фири сказала нам найти начальника дока. По каким-то неизвестным
  причинам его не оказалось на месте, и причал был оставлен в ведении этого
  седеющего типа с усами, испачканными табаком. Можно только удивляться,
  почему нас не вернули назад.
   - Нет ничего странного. Рондхейм внимательно наблюдал за нами, но мы не
  дали ему никакого повода подозревать нас - ни словом, ни делом. А охранник
  честно ошибся. Без специальных инструкций он, видимо, решил, что нам
  позволено выбирать судно на причале, а потому он, естественно, предложил нам
  лучшее. В инструкциях ничего не было сказано, что мы выберем эту маленькую
  драгоценность.
   - Но что она здесь делает? Вряд ли Рондхейм нуждается в месте на пирсе.
   - Какая разница, - широко улыбнулся Питт, - Раз ключи в зажигании, я
  предлагаю завести ее и тронуться в путь, пока охранник не передумал.
   Адмирала не надо было убеждать. Его не надо было уговаривать, если он
  считал, что эта нечестная игра приведет к благородным результатам. Он
  расправил свою шляпу и отдал первый приказ своей новой команде.
   - Вперед, майор. Я с нетерпением хочу посмотреть, на что способны эти
  "Стерлинги".
   Через минуту на причале показался охранник, который размахивал руками,
  как сумасшедший. Но было поздно. Питт уже стоял на палубе, тогда как
  Сандекер, счастливый, как ребенок с новой игрушкой, включил моторы и
  направил судно в залив Рейкьявика.