силой уперся
  пятками в лед и тут же ощутил невыносимую боль, остановился и бросил рукав
  своей куртки Ханневеллу.
   Перепуганного ученого не надо было уговаривать. Он крепко ухватился за
  куртку и повис на ней. Еще с минуту он ждал, когда его немолодое сердце
  успокоится и войдет в норму. Осторожно осмотрелся и увидел, что край
  ледяного уступа упирается ему прямо в поясницу.
   - Теперь, когда вы ухватились за куртку, - сказал Питт спокойно, хотя в
  голосе его чувствовалось огромное напряжение, - попытайтесь подтянуться.
   - Я не могу, - хрипло пробормотал он. - Я могу только держаться за это.
   - А упереться во что-нибудь ногами вы не можете? Ханневелл отрицательно
  покачал головой.
   Питт ухватился за куртку и ободряюще улыбнулся Ханневеллу.
   - Я так уперся пятками, что лед может не выдержать. Не делайте никаких
  поспешных движений. Я собираюсь втащить вас на этот уступ.
   На этот раз Ханневелл согласно кивнул. У него болел желудок, ломило
  кончики замерзших пальцев, лицо выражало боль и ужас. Только одно дошло до
  его затуманенного страхом сознания - решимость во взгляде Питта он
  почувствовал, что внутренняя сила и уверенность Питта переходят к нему.
   - Перестаньте усмехаться, - сказал он, - и начинайте тянуть.
   Осторожно, дюйм за дюймом, Питт подтягивал Ханневелла. Прошло шестьдесят
  тревожных секунд, прежде чем голова Ханневелла оказалась на уровне колен
  Питта. Питт отбросил куртку и схватил Ханневелла под мышки.
   - Это было самое легкое, - сказал он. - Следующее