а, - улыбаясь, сказал Питт. - Вы пригласите меня на обед с таким
  количеством выпивки, сколько я только смогу одолеть, и представите меня
  чувственной полногрудой исландской нимфе.
   - Обед и выпивка - за мной, это я вам гарантирую. А вот нимфу не могу
  обещать. Прошло так много лет с тех пор, когда я без труда договаривался с
  очаровательными женщинами. Боюсь, я уже забыл подход.
   Питт рассмеялся, хлопнул Ханневелла по плечу и помог ему подняться.
   - Не берите в голову, мой старый друг. Девушки - это по моей части. - Он
  вдруг остановился. - Ваши руки выглядят так, будто вы держали их на
  шлифовальном круге.
   Ханневелл безразлично посмотрел на свои окровавленные пальцы.
   - С ними совсем не так плохо, как кажется. Немного антисептика, маникюр,
  и они станут совсем как новенькие.
   - Давайте, - сказал Питт. - В вертолете есть аптечка. Я перевяжу ваши
  пальцы.
   Через несколько минут, когда Питт перевязал ему бинтом последний палец,
  Ханневелл спросил:
   - Нашли вы что-нибудь похожее на тоннель до того, как я свалился?
   - Отличная работа, - ответил Питт. - Вырезана полная гладкая окружность,
  прикрывающая вход и абсолютно совпадающая с окружающим льдом. Если бы некто
  вырезал еще и ручку, можно было бы открыть и войти.
   Лицо Ханневелла внезапно потемнело.
   - Этот айсберг проклят, - сказал он. - Он - враждебен нам.
   Он сцепил свои обмороженные пальцы. Взгляд его был напряженным, лицо
  выглядело усталым.
   Питт отошел в сторону и поднял ледяную глыбу трех футов в диаметре и