моему, вам сейчас просто необходимо.
   - Может быть. Но я так устала, что, боюсь, сразу поплыву.
   - Ну и попутного ветра. Плывите. Утонуть я вам не дам. И непременно
  закусите горячим блинчиком с маслом и икрой.
   - Водку?
   - Как говаривал профессор Преображенский, холодные закуски предпочитает
  только недобитая большевиками буржуазия. Человек понимающий оперирует
  закусками горячими.
   Девушка улыбнулась. За ней так давно никто не ухаживал, что... Нет,
  приставать - приставали, это сколько угодно, а вот ухаживать...
   - Спасибо.
   Она взяла рюмку, выпила маленькими глоточками, не торопясь, положила
  масло на блинчик, сверху - икру, неловко поддела вилкой, блинчик соскользнул
  и упал на стол.
   - Ой! - Девушка посмотрела на скатерть, подняла глаза на мужчину. - А
  голова поехала...
   - Лишь бы крыша устояла.
   - У меня нет крыши. Я сама.
   - Ну и как - самой? Аля пожала плечами: - Неважно. Вы же видите. - Снова
  подняла на него глаза.
   - Меня зовут Олег. Олег Гончаров.
   - А я - Аля.
   - Редкое имя.
   - Редкое? - Аля засмеялась. - Алена, Лена.
   - Алена - нежнее.
   - Я привыкла к Але. А "Лена" мне не нравится. Когда ты - "одна из". Лена
  - это как просто "девушка".
   Она поглядела на него снова, и взгляд ее на этот раз показался Олегу
  совершенно беспомощным - такой бывает у близоруких людей, вдруг оказавшихся
  без привычных, укрупняющих мир линз.
   - Извините, Олег... Какую-то