Некоторые заболевают, становятся наркоманами
  войны, а этот наркотик еще сильнее, чем власть; такие погибают невозвратно,
  их физическое существование может продолжаться еще какое-то время, пока его
  не оборвет пуля.
   Гончаров внимательно наблюдал, как пузырится пена. Нет, конечно, кофе
  по-турецки нужно варить медленно, очень медленно, в раскаленном песке, чтобы
  вода в джезве нагревалась равномерно; зерна должны быть непременно
  свежесмолотый, и не один раз, и порошок должен быть мелким-мелким и мягким,
  как пыль, - именно тогда его горьковатый, напитанный солнцем вкус переходит
  в напиток и аромат от одной чашки свежесваренного кофе заполняет все вокруг
  и превращает обычный мир в уютный, как семейное утро. И еще - не упустить
  пену; она должна шапкой застыть на краях джезвы, не переливаясь и не оседая.
  Так кофе должен постоять, но совсем чуть-чуть, и потом разливается в
  маленькие, безукоризненно белые чашки.
   Олег был настолько увлечен этим занятием, что не заметил, как вошла Лена.
  Только почувствовав на себе ее пристальный взгляд, он обернулся.
   - Слушай, Олег... А ты не бандит?
   - Нет.
   - Честно?
   - Честно.
   - А откуда тогда... Ты ведь умеешь обращаться с оружием... И вообще...
   - Война.
   - Ты был на войне?
   - Да.
   - Чечня?
   - Нет. Раньше. Давно.
   - Афганистан?
   - Да.
   Алена вздохнула: - Извини меня, я дура... Может быть, я пытаюсь узнать
  то, что ты хочешь забыть...