Все никак не могу
  согреться...
   Гончаров молча разлил коньяк по рюмкам.
   - А можно мне в стакан? - попросила девушка.
   - Полный? - удивленно поднял брови Олег.
   - Половину. Извини. Я что-то совсем расклеилась. Будто у меня внутри была
  пружина, а сейчас завод кончился... Извини...
   Морщась, Алена выпила коньяк до дна.
   - А теперь - в ванну...
   - Полотенце в шкафу.
   - Ага. Я найду. Да... Еще... Все мои вещи остались в сумке... Там, в
  кабаке.
   - Никаких проблем. К сожалению, дамы сердца у меня нет и предложить тебе
  что-то более подходящее, чем мои рубашки, я не могу. - Спасибо. Этого
  достаточно. Пока... Я пошла...
   - Давай. Акул боишься?
   - Акул?
   - Ага.
   - Наверное, боюсь.
   - Не бойся. Плавай спокойно. В это время года их нет.
   - А раньше были?
   - Ага. Китовые. Сейчас ушли.
   - Далеко?
   - Как всегда, к берегам солнечной Австралии.
   - Пешком?
   - Ты удивишься, но вплавь. Через Беломорско-Балтийский канал. Они всегда
  так делают.
   - А жаль, - вздохнула девушка. - Китовых я как раз и не боюсь... -
  Подняла на него глаза: на ресницах блестели слезинки. - Спасибо тебе.
   - Не за что.
   - Есть за что. Ты добрый.
   Олег остался на кухне. Налил себе кофе, плеснул чуть-чуть коньяку.
  События вечера и ночи мелькали каким-то калейдоскопом, мужчина чувствовал
  усталость, но внимательно, словно в замедленной киносъемке, прокручивал в
  памяти все происшедшее. Цель была