росто спряталось, будто серая тень, и ждет его. А вот дождется или нет -
  этого теперь не скажет никто. По крайней мере, в жизни его появился хоть
  какой-то смысл. На ближайшие несколько часов. А дальше он и не загадывал.
   Глава 22
   - Что с тобой, Красавчик?! Да на тебе лица нет! - Дверь распахнулась,
  кажется, под напором даже не одного человека-ветра, а целого сонма ветров,
  ветров-демонов, ветров-стихий, которые бушевали в груди этого человека, в
  его душе, если, конечно, у Маэстро вообще была когда-нибудь душа...
   На земле весь род людской Чтит один кумир священный, Он царит над всей
  Вселенной. Тот кумир - Телец Златой...
   Напевая, Маэстро обошел все комнаты; занавески в одной еще покачивались,
  словно от налета бриза, а он был уже в другой, в третьей, в четвертой...
   - А вы недурно устроились ребята, а? Котик, как самочувствие? Ты всегда
  был неумеренно оптимистичен; один приятель как-то сказал мне: "Маэстро,
  можно спорить на бессмертие твоей души, что Котик когда-нибудь крепко
  налажает!" - "Не-е-ет, - отвечал я. - Наш Котик просто классный наблюдала,
  равных ему поискать - не найти..." Потом... Потом я обдумывал ситуацию
  бесстрастно и соглашался: "Ты прав. Бессмертие души - слишком важная штука,
  чтобы ставить ее на кон. Котик лажанется!" - Маэстро, который все это время
  не переставая ходил по большой комнате из угла в угол, вдруг замер, направил
  на Котина указательный палец, объявил,