переваливаясь на колдобинах, как беременная
  утка.
   Не к случаю ругнувшаяся девчонка закаменела лицом. Тут ее товарка еще и
  подначила: - Дура ты, Танеева! Чего мента материть? Кусок, он кусок и есть!
  А теперь - отыгрываться начнет на всех!
   - Да? - огрызнулась та досадливо. - А может, мне нужно было еще и
  подмахнуть ему, козлу меднолобому?
   - И чего ты добилась? Только разозлила...
   - Да пошла ты! - Распаленная Танеева оглядела нас, остановила на мне
  взгляд: - А это что за ребенок? Ей в куклы играть впору, а не в "воронке"
  разъезжать...
   - Детдомовская, видно, - подала голос другая. - Из-за них, недоносков,
  весь сыр-бор и заварился. Они, видите ли, с малахаевскими пришли
  разбираться. Синуса решили укоротить...
   - Ну, Синуса укоротить давно пора было... - сказала какая-то маленькая
  толстушка.
   - Да?! Теперь из-за этих ублюдков нас всех и подмели. Хорошо еще, если
  подержат да и отпустят... Только верится в это слабо... Ты что, Палыча не
  знаешь? Или дело катать начнет, или - раздвигай, подружка, ножки...
   - Не имеют права.
   - Ха-ха... Право... Забудь это слово, пончик! Прав тот, у кого сила! Еще
  сама ему и брюки рассупонишь!..
   - А может, этой детдомовке морду набить? Чтобы не подставляла всех!
   - А ну, заткнитесь все! - прикрикнула на них самая старшая. - Дуры вы,
  дуры и есть! Вы чего думаете, это менты на драку таким кагалом слетелись? Да
  пасли они... Загодя пасли...