ое лицо: - Егоров, прикури мне
  сигарету, что ли... Извини, что я так разнюнилась... Но, честное слово, это
  просто жутко ощущать, когда твой любимый мучается чем-то, а ты никак, никак
  не можешь ему помочь...
   Владимир передал жене дымящуюся сигарету, закурил сам.
   - Ты права, зайка. Я должен был тебе все рассказать раньше. Вот только я
  полагал, что все это наши, конторские игры... И еще - хотел убедиться сам...
  И в том, что не ошибаюсь, и в том... - Мужчина затянулся, спалив сигарету
  почти на треть. - По-моему, я совершил ошибку.
   - По работе?
   - Не вполне. Вернее...
   - Егоров, чего ты не имеешь права говорить, не говори... Не нужны мне
  никакие военные или государственные секреты...
   - В том-то и дело, что это тайна не государственная, а наоборот.
   - Как это - наоборот?
   - Антигосударственная. Вернее даже, антинародная.
   - Егоров, вы свихнулись там все! "Антинародная тайна"! Такое впечатление,
  что без поисков всяческих врагов ваша контора просто болеет!
   - Погоди, Наташка, не заводись... Наша контора, может, и не лучше
  подобных в других странах, но и не хуже, уж ты мне поверь на слово. Ни по
  методам работы, ни по всему остальному. Совсем не хуже. И как бы ни
  складывалась жизнь, понятие "государственная безопасность" существовало,
  существует и будет существовать всегда. Если мы не станем защищать наши
  интересы...
   - Егоров, не устраивай мне ликбез! Я все понимаю, не дура!