здесь авторитеты
  отказаться от такой суммы не смогут, но он продолжал говорить: решение,
  которое предстояло принять, должно уже сейчас в их головах стать
  совершившимся фактом.
   - Сейчас самое время прибрать этот куш. Пока там, наверху, будут
  разбираться, кто из них пахан, а кто - смотрящий в этой стране, на этой
  "зоне", о наркоте не вспомнят.
   - Кроме Мазина.
   - Кроме него. Тем более для генерала это тоже случай пустить все на свои
  лично-семейные надобности, пока суд да дело. Решать нужно сейчас.
   Воры молчали. Сумма была громадной. Каждый понимал, что впереди разборки
  и кровь. Много крови. Но такая сумма позволит каждому из них получить такой
  авторитет, что...
   Воры молчали. Кавказцы прихлебывали вино, Браслет, выпив полстакана
  водки, меланхолично жевал копченого угря, Ахмед пил из пиалы зеленый чай,
  подливая себе из большого фарфорового чайника. Еще в комнате находился
  здоровенный мужик-славянин, глухой блатняк по кличке Бубон. Глухим он был не
  от рождения, воспаление какое-то, осложнение после гриппа. Для присутствия
  на встрече именно по причине глухоты он подходил, как никто. Он обладал
  недюжинной физической силой и умел переправить человека в мир иной без
  хлопот и быстро, но для собравшихся воров был абсолютно безопасен: Бубон жил
  по понятиям, и причинить вред кому-то из коронованных было для него так же
  невозможно, как для собаки покусать хозяина. Бубон