азрыв брюзжейки...
  
  Рядом с родной остановкой притормаживаю, вспоминая, что не обедал, и
  необходимо срочно ввести в организм несколько килокалорий. О, старая
  знакомая торгует пельменями. Кажется, Надюха. Опять какая-то грустная.
  
  Сейчас немножко поднимем производительность ее труда.
  
  - Пачку "Бригадирских". Маленькую.
  
  Получив желаемое и расплатившись, спрашиваю:
  
  - А где ваш боевой помощник? С цветочком. Здорово он пельмени рекламировал.
  
  Надюха поднимает на меня глаза, пытаясь вспомнить, кто я такой.
  
  - Вы про Пашу?... Так он... Его убили...
  
  Я называю это...
  
  
  Укушенного в отделе нет. Наверно, прикрывает своего наркомана, вычисляющего
  главного поставщика. Илья Ильич устраивает разнос дежурному.
  
  По обрывкам долетающих фраз, понимаю, что дело в фуражке, которую Михалыч
  не водрузил на собственную макушку. А какое может быть дежурство без
  фуражки? Так, голое издевательство. Правильно, Илья Ильич, всыпь ему,
  всыпь...
  
  Иду к себе, ставлю воду в чайнике, достаю пачку с материалами.
  
  Здравствуйте, мои навязчивые друзья. Как вас много. И один интересней
  другого. Так, пока отдохните. Я должен удовлетворить