в банке студию свою не афишировал, да и с Катюхой
  решил амуры прекратить. Однако делал вид, что все нормально. Гнал от себя
  неприятные мысли. А чего? Лично он никого не убивал. Кредит получил
  законно, какие проблемы? Можно снимать кино. Мотор! Начали! Занесенные,
  блин, снегом!
  
  Жора со злостью швыряет скомканную салфетку за батарею.
  
  - Пойду, все-таки, умоюсь, - напарник встает из-за стола и исчезает в
  подсобке.
  
  - Ну, что скажешь? - спрашиваю я Укушенного.
  
  - Зря Жора все это на площадке не выложил. При всех. Начал про какую-то фею
  с конвертиком грузить. Устроил шоу.
  
  - Самое интересное, он ведь мог ничего не рассказывать вообще. Махнул бы
  рукой, и снимался бы себе, тем более всю жизнь об этом мечтал. А убийство
  само собой бы рассосалось. Лабудянский, получается, не при делах. Это
  Катькина инициатива. А на площадке Жора все сделал правильно. Это касалось
  только его и режиссера. Он предложил выбор. Себе и Лабудянскому. Тот выбрал
  одно, Жора другое... Что касается шоу? Конечно, можно было просто подойти к
  Вениамину и сказать тет-а-тет: "Не буду я в твоем кино сниматься. Плохое
  оно". Но... В Жоре все-таки сидит