какой трактор не выдержал бы такого напряжения. Но
  лифт - не трактор. Он и не такое видывал! Сделано в СССР! Качество на века!
  
  - Крошки мои, за мной!
  
  Дверь вылетает из проема вместе с косяком и всеми импортными замками.
  Дальнейшая ее судьба нас мало интересует, мы бросаемся вперед, в темноту.
  Планировка типовая, не заблудишься. Я фонариком освещаю дорогу, ОМОНовец,
  как велено, мчится по коридору в дальнюю комнату, к балкону, сметая все на
  своем геройском пути. Укушенный - сразу на кухню, крепко сжимая пистолет
  двумя руками, на манер американских копов. Лидия ударом ноги распахивает
  дверь в ближайшую от нас комнату и залетает внутрь. Мелькает тень,
  вероятно, проснувшегося Шкрябина. Резкий вскрик Лидуси на выдохе, звук
  удара кроссовки о плоть, стон боли, грохот упавшего на ковер тела...
  
  Я нахожу выключатель и зажигаю свет. Шкрябин-старший лежит на полу в позе
  трехколесного велосипеда, мордой вниз. Сжатые от боли зубы не позволяют
  вырваться крику. Лишь жалкий стон сочится из недр. Вероятно, брат-1 не
  спал, ждал брата-2. На нем брюки, рубаха и носки. А если спал, то в одежде.
  В комнате удушливый аромат алкогольных