юбого.
   - Серьезная заявка. Верю, - благодушно согласился шеф, меня его тон
  насторожил.
   Он встал, прошелся по кабинету, где мы расположились, и вдруг резко
  обернулся ко мне и зашипел, брызгая слюной:
   - Пацан, желторотик! С бабой связался, мозги сразу набекрень съехали!
  Да тебя можно было голыми руками брать, ходил, будто слепой, на столбы
  натыкался.
   Я тебе свою жизнь доверяю, а она у меня одна. Слышишь, одна!
   Я молча, с отсутствующим лицом, смотрел в окно, где виднелись стволы
  столетних сосен в солнечных веснушках - мы находились на даче шефа, в
  сосновом бору.
   - Понял ты наконец или нет?! - шеф выкрикнул эти слова прямо мне в лицо.
   Я брезгливо отодвинулся-от него разило перегаром. Сегодня он явно был с
  глубокого похмелья, что для меня внове - шеф никогда не злоупотреблял
  спиртным. Что бы это могло значить?
   - Надоело... Все надоело... - Полнейшее безразличие вдруг овладело
  мной, я ссутулился в кресле, будто
   мне на плечи лег стопудовый груз. - Будь я проклятнадоело...
   Шеф выпрямился и некоторое время пристально изучал мою физиономию.
  Затем, коротко вздохнув, сел и закурил.
   - Тебе, я вижу, отдых не пошел на пользу. Только расслабил. Учтем на
  будущее. А пока... - Голос шефа стал жестким, неприятным, как крупный
  песок на зубах. - Пока есть одно дельце по твоему профилю.
   Серьезное. Оно поможет тебе снова набрать форму.
   Я отрицательно помотал