я часть людей толклась у прилавков с
  комиссионной одеждой и тканями заграничного происхождения. Здесь торговля
  шла живее.
   Я вошел в торговый зал, чуть опередив Кобсрова и Заскокина. С трех
  часон пополудни пришел их черед сменить напарников по охране кооператива,
  двух тяжеловесных апатичных верзил, изнывающих от скуки у входа. Не
  задерживаясь в зале, я неторопливо и деловито, как свой, прошел мимо
  довольно миленьких продавщиц в глубь помещения, туда, где находились
  подсобки и контора кооператива.
   Дверь кабинета председателя Фишмана была приоткрыта. 0.н сидел
  вполоборота и что-то быстро говорил в телефонную трубку, энергично
  взмахивая рукой.
   Был он тучен, лысоваг. чернокудр. Я бьгстро натянул свой шлем-маску и
  неслышно проскользнул внутрь.
   И все же он меня заметил боковым зрением:
   - Одну минуту... - в трубку и, поворачиваясь ко мне: - Вы к кому?
   Не знаю, какие мысли появились у него в голове при виде моей особы, но
  он выпучил мгновенно остекленевшие глаза и беззвучно зашевелил большими
  полными губами. Я несильно ударил Фншмана йогой в висок, чтобы только
  оглушить на некоторое время-за его жизнь мне зарплата не причиталась. Он
  задергал ногами, будто кролик на бойне, и ткнулся лицом в бумаги на столе.
  Не теряя ни секунды, я подхватил его под МЬЕШКИ, оттащил в угол кабинета,
  к массивному сейфу, а сам спрятался за дверью. В коридорчике уже звучали
  шаги-это топали