ей строгостью. Тебе было поручено ликвидировать жену
  Лукашова. С некоторых пор она стала для нас опасна. Я тебе объяснил
  почему. Для тебя ее кончить... тьфу!
   И нет. Невелика сложность. А ты все ходил вокруг да около, глаза мне
  замыливал, а сам лыжи вострил: билет на самолет прикупил, денежки
  припрятанные откопал. Те, что я тебе платил. Я! Не скупясь платил. К бабе
  своей собрался по-шустрому да втихаря? Ну это еще полбеды. Но за то, что
  ты пожалел жену Лукашова - пожалел ведь, а? - и не выполнил мой приказ,
  ответ держать придется. Молчишь?
   Шеф закурил и некоторое время смотрел на меня задумчиво, пуская дымные
  кольца.
   - Выйди. - указал он Додику на выход. - Оставь нас одних.
   Подождав, пока Додик плотно прикроет дверь, он начал:
   - Как ты думаешь, зачем я тебя спасал, вытаскивал из всех твоих
  историй, приблизил к себе? За как!,е такие заслуги? Не знаешь. И мать твоя
  тебе этого не рассказывала... Впрочем, когда я с тобой познакомился, она
  уже была полностью деграднрованной. Водка, пьянки-гулянки... Значит, не
  знаешь? А я тебе расскажу. Она была моей любовницей, стала ею в
  четырнадцать лет.
   Нe исключено, что ты мой сын, - он гнусно ухмыльнулся. - Хотя... нет,
  не похож, совсем не похож... Видно, нагуляла тебя с каким-нибудь ублюдком.
  Такие дела, мой мальчик.
   Он поднялся.
   - Но будь ты и моим сыном, простить тебя все равно не имею права.
  Таковы наши законы, и